Осенью прошлого года небольшое село Бобино Слободского района стало знаменитым на всю Россию. “Прославила” его молодая женщина, родившая дома ребёнка и… убившая его сразу после родов. Хорошего, доношенного малыша мать положила в полиэтиленовый пакет, наглухо завязала страшный “тайничок” и спрятала в холодном пристрое квартиры…

Однако бдительная коллега по работе заметила, что девушка сильно похудела — и доктор Борменталь тут ни при чём. Со своими догадками она обратилась в полицию, и вскоре сумка с задохнувшимся младенчиком была обнаружена стражами порядка. Отрицать вину женщина не стала, признала, что убила ребёнка, потому что не сможет-де его прокормить: мужа у неё нет и денег нет, зато есть четырёхлетний сынок, которому повезло гораздо больше — он хотя бы остался жить.Случай, когда пригодилось бы спасительное “окошечко жизни”… Беби-бокс. Раньше мы могли видеть такие конструкции только в кино про европейские монастыри: ночь, тревожная музыка, с улицы открывается специальная дверка, фигура в чёрном плаще кладёт в крошечную кроватку свёрток с младенцем и дёргает за колокольчик. И сразу же — шмыг, к окошечку подбегает монахиня в белой пелеринке, как добрый ангел, достаёт из кроватки младенчика, прижимает к себе и счастливо улыбается, будто в руках у неё бесценный дар от Бога. Собственно, так оно и есть. Однако “бесценные дары” наловчились подбрасывать нынче не только в Европе.В Германии действует около ста беби-боксов, в Польше и Чехии — чуть меньше. В Италии, Литве, Словакии — около десяти. За последние годы “окошки жизни” созданы по меньшей мере в 11 европейских странах, но законодательство в их отношении не урегулировано, и они находятся в “серой зоне”. По подсчётам евростатистиков, за минувшее десятилетие “окошки жизни” спасли сотни младенцев. Однако психологи комитета по правам ООН убеждены, что беби-боксы “позволяют государствам избегать решения социальных проблем, мешают искоренять нищету и оправдывают родителей, решивших отказаться от своего ребёнка”. Таким образом, ООН объявляет о начале кампании за запрет беби-боксов, добиваясь рассмотрения проекта и в Европарламенте. На эту “ооновскую” инициативу ссылаются, в частности, члены Кировского отделения общественной организации “Родительское всероссийское сопротивление”, которые отправили обращение в региональное правительство с выражением протеста против установки беби-боксов в медицинских учреждениях области.“Сопротивленцы” цитируют также и мнение уполномоченного по защите прав ребёнка в Кировской области Владимира Шабардина, считающего, что установка беби-боксов актуальна для городов-мегаполисов. “Если мать родила в далёком райцентре, — убеждён детский омбудсмен, — она никогда не поедет в областной центр, чтобы оставить там ребёнка в беби-боксе. Это недейственная мера”.Однако с предложением установить беби-боксы в Кирове к главе региона обратился руководитель областного управления Следственного комитета Григорий Житенёв. Его мотив понятен: только за последние четыре года в Кировской области расследовано десять уголовных дел, связанных с убийством матерями своих новорожденных детей, из них пять — в прошлом году. Дорогое ли нынче “удовольствие” — установка хотя бы одного беби-бокса? 297 тысяч рублей. Лишних денег в области нет, во всяком случае — на заморские причуды. Поэтому на помощь убиваемым вятским младенчикам вызвался прийти настоятель католического прихода Григорий Зволиньски. Написанный  им  проект гранта не получил, но польский священник  изыскал средства и на днях  обязательно откроет “окошко в жизнь” при своём приюте “Вифлеем в Вятке”: “Не нужно бояться, что эта “европейская затея”, как здесь говорят, спровоцирует шквал отказов от детей, но я убеждён, что, если беби-бокс спасёт жизнь хотя бы одного маленького человека, установка его оправданна”.