Сколько раз возвращался в город по объездной дороге, столько раз, пожалуй, и притормаживал у этого знака-указателя: до Дуркина налево двести метров, до Пенькова тоже двести, только направо, в противную сторону. Давил, конечно, на губах невольную ухмылку, но все ж задумывался: что же это люди так себя не уважают… И наказывают на многие годы вперед.

Назвали населенный пункт, место своего постоянного проживания, в честь какого-то дурака, словно все жители здесь были сплошь глупцы да недоумки, которых Господь разумом обделил.   А глядя на них, верно, и ближайшие соседи умудрились отличиться — пеньками себя прозвали. Дурной пример заразителен…Впрочем, далеко не одиноки по своей глупости эти названия, если вкруг областного центра взгляд кинуть. А Соски (не знаю, право, где следует поставить ударение), что напротив поворота на Дороничи, разве лучше? Или Блохи — так называется соседняя деревенька в пару домов, которую обхватил   садоводческий массив с высоким прозванием “Князи”…Глупость, несуразица, бестолковщина. Да если оглянуться по сторонам, сколько таких примеров привести можно. На каждом шагу, пожалуй, встретишь. В тот же сад когда еду, сколько попадается красных телефонных навесов с разбитыми аппаратами, развешанных по столбам заброшенных деревень? С десяток насчитаю точно. А в целом по области тогда сколько наберется, а в целом по стране? Сотни тысяч! Кому, скажите, они в помощь и неотложную выручку, если сейчас у каждого сотовый телефон? А средства на это бездумное и бессмысленное дело телефонизации умершей российской глубинки, без сомнения, выделены были немалые…Другой вопрос — борьба с курением. Дело похвальное. Из киосков сигареты убрали, в магазинах для них отвели самый дальний и скромный уголок. Тоже, наверное, правильно. И места для курения одним махом извели под корень. Или почти извели… Побывал недавно друг в Ярославле и с изумлением отметил, что в гостинице в номерах курить теперь нельзя. Хочешь подымить — шагай на выход. Для курильщиков оборудовали в холле самую настоящую клетку — из стекла и металла. Даже с подогревом и вентиляцией. Заходишь, дверку за собой затворяешь —  словно в зале суда на общий обзор и общий позор ты теперь выставлен.И в поездах тоже курить запрещено. Но пассажиры, особенно следующие на дальние расстояния, все равно курят. Что делать, слабость человеческая.  Не в тамбурах, как раньше (на тамбуры — строгий запрет), а между вагонами, на сцепке переходов. Опасно, но выбора нет. Завтра, верно, кто-то и на крышу полезет, чтобы охотку к курению сбить…Никто не спорит, это вредная привычка. Но ведь не преступление! Ну не дурь ли такие запреты учинять, такое унижение курящих людей вводить в рамки закона? Ну а с пьянством у нас, как известно, война вечная. Вернее, не столько с пьянством, сколько со спиртными напитками.  И сильноалкогольными, и слабоалкогольными — со всякими. В моей памяти  до сих пор картинка, как в середине восьмидесятых на кладбище в поминальные дни люди с чайниками ходили. Из бутылки спиртное пить нельзя, так его из чайника по стакашкам разливали… Сегодня в бумажные пакеты тару упаковывают. Конспирация, курам на смех. И время продажи ограничили. Вот и  наблюдаю я нередко занимательную сценку в популярном у кировчан магазине “Простор”: выстроились к кассам большие очереди, все ждут не дождутся десяти часов утра, когда можно будет “на законных основаниях” заплатить за сложенные в корзинки бутылки вина или пива. Ни в 9-30, ни в 9-45 или 9-59 кассир тебе спиртное не пробьет. Иначе его накажут. И строго…Или другой случай. Воскресенье, стрелка часов стремительно приближается к пяти вечера, к кассе не протолкнуться. Тогда один “добрый молодец”, ничтоже сумняшеся,  стремительно раскидывает старичков и старушек по сторонам, чтобы успеть заплатить за “полторашку”  пенного напитка…Признаюсь, со мной однажды тоже казус приключился — в аэропорту Шереметьево. На таможне в ручной клади  обнаружили стражи порядка маленькую непочатую бутылку коньяка и тут же приказали выбросить в специальную урну. Жаль было, конечно, расставаться с пузырьком, все же  деньги трачены, — но я человек законопослушный, подчинился безропотно. Рядом со мной такому же наказанию подверглась группа молодых людей — у них изъяли пять бутылок пива. “Пошто?” — спросил в недоумении один из  юношей. “На борт самолета проносить спиртное не положено”, — последовал оперативный ответ.Потом мы прошли в зону беспошлинной торговли — Duty free. Вина, водки, пива и коньяка здесь можно было купить практически без ограничений. И при желании выпить тут же, в зале ожидания, или свободно пронести на борт. Спрашивается, где же логика? Почему я, возвращаясь летом с дачи, не могу вечером купить бутылку вина, чтобы выпить бокал за ужином?   Или ту же бутылку шампанского, если ночным поездом приехал старый друг? Это что, пьянство? Нет, это не пьянство. И все эти запреты — перебор, а по-русски сказать — обыкновенная дурь. В Москве вон уже с этими “порядками” на попятную пошли, поняли, что перегнули. Или с финансами вновь стало туго, кризис же на пороге… И вообще, где-то наши чиновники и депутаты впереди планеты всей, а где-то ждут понуканий и прямых ускорений под мягкое место. Когда рубль обвалился до небывалых низин — и рядовой россиянин, трезво понимая, что нельзя сидеть сиднем, кинулся скупать валюту и импортную технику, холеные дяди и тети в думах и министерствах особо не потревожились. Спасибо премьер-министру — понукнул с некоторой затяжкой, прервал летаргический сон, заставил всерьез заняться  финансовым рынком. Кто-то ответит за все случившееся? Сильно сомнительно…Что же выходит в итоге? Что наша жизнь? Игра? А может, действительно, Дуркино, Пеньково?

Виктор БАКИН