М.Сватковский

«Паспорт, полис!» — это пароль, который превращает человека в пациента. В детстве при осмотре врач просил нас показать язык. Теперь — документ. Зачем — не думалось раньше, не думается и сейчас. Что такое система обязательного медицинского страхования — кажется, ясно. Но ключевое слово здесь — «кажется», считает кандидат медицинских наук, хирург, флеболог, остеопат Михаил Сватковский.

По его словам, именно система ОМС вынуждает чиновников от здравоохранения интересоваться не столько людьми, сколько круговоротом бумаг в медицинском учреждении и за его пределами.

От горшка до гроба

— Полис ФОМС (с точки зрения организации, которая его выдаёт) позволяет получить качественную, своевременную медицинскую помощь в рамках государственных гарантий различными лечебными учреждениями нашей страны. Получив его, гражданин попадает под пристальное внимание врачей в раннем детстве и остаётся в их поле зрения до самой смерти. Его осматривают врачи в младенчестве, перед приёмом в детский сад, затем — в школу, в институт, далее — при поступлении на работу. Вроде бы, всё замечательно: везде на твоём пути встречаются люди в белых халатах. А теперь — о том, зачем это нужно. Выдача полиса сопровождается медицинскими действиями, которые обязательны к исполнению. В первые несколько часов после родов, а потом в течение первых трёх лет жизни ребёнок якобы обязан быть привит от всевозможных хворей. Вакцина — это, как правило, “сборная солянка”, в которой содержатся тяжёлые металлы, токсины, являющиеся жёстким повреждающим фактором неокрепшего мозга ребёнка. У части детей это вызывает сахарный диабет первого типа, аутизм, ДЦП, задержки психического развития, расторможенность, гипервозбудимость, затруднение в обучении. Расходы на вакцинацию, напомню, покрывает полис медицинского страхования. Затем ребёнок вырастает, идёт в школу, и ему положено пройти диспансеризацию. Для чего? Для того, чтобы, как кажется тем, кто участвует в этом процессе, отследить состояние юного гражданина нашей великой страны. Но я провёл небольшие исследования на частном уровне: мы обошли несколько школ и выяснили, что, оказывается, здоровых-то граждан у нас не так много уже во втором классе. Не больше 4-5% осмотренных нами детей имеют здоровье, к которому сложно придраться хотя бы  с точки зрения ортопедической патологии. О чём это говорит? О том, что по каким-то причинам здоровье ребёнка уже потеряно в раннем возрасте. Но самое интересное наступает, когда, согласно полису обязательного медицинского страхования, дети выходят на диспансеризацию по окончанию школы перед поступлением, к примеру, в институт. Изменённая осанка, проблемы желудочно-кишечного тракта, нарушения зрения: заболеваемость по сравнению с младшими классами вырастает в разы! Значит, налицо ухудшение здоровья детей во время их пребывания сначала в садике, потом в школе. Родителям возвращают “продукт” совершенно другого качества! При этом,  — не забывайте, пожалуйста, — ребёнку выдан полис обязательного медицинского страхования. Далее ребёнок поступает в вуз, проходит специальную комиссию, которая выясняет, к какой группе здоровья его отнести. Оканчивает вуз. Трудоустраивается. Можно предположить, что теперь здоровье человека — это его собственность. Не тут-то было! Система ОМС создана не для того, чтобы сохранять гражданам долгую полноценную жизнь и ясность ума, а для того, чтобы человек не выпадал из её поля зрения на длительное время. Пропал на десять  лет — изгой! Специалисты не пройдены, анализы не сданы, в списках не значился…Впрочем большинство граждан не пропадёт: не позволит “застрахованное” здоровье. Когда я читаю лекции, задаю вопрос: поднимите руку те, у кого никогда не болели ноги. Редко поднимут руку один-два человека. Как правило, все сидят, не подняв рук. Уровень здоровья россиян падает. Количество малышей, получивших при рождении по так называемой шкале Апгар десять баллов — “абсолютно здоров” — не превышает 3-6%. Стало быть, несмотря на успехи здравоохранения в отдельно взятой стране, воздействие медицины на всех этапах жизни человека привело к тому, что люди почему-то стали болеть чаще?  Не означает ли это, что за системой ОМС скрывается система, которая призвана отстранить человека от заботы о его собственном здоровье? Создать видимость того, что за здоровьем следят? Выдать “индульгенцию”, которая позволит человеку думать, что он защищён?Есть такой небольшой кусочек суши в Японии, называется Окинава. Там средняя продолжительность жизни людей превышает 80 лет. И если на Окинаве человек обращается, например, в аптеку за лекарством, это означает, что он категорически не хочет заниматься своим здоровьем, а значит, он — конченый с точки зрения здравого смысла и долгожительства человек. У нас наоборот: если ты не сходил к врачу, значит, ты не заботишься о своём здоровье. Между нашим здоровьем и его качеством стоит посредник в виде врача, который получает зарплату из ФОМС.

«Отработанный материал»

— Представьте, что люди перестанут ходить к врачу! Это выгодно кому угодно, но только не ФОМС: он платит за законченный случай. Медучреждение получает деньги только тогда, когда на приёме был человек. На сегодняшний день основанием к оплате труда врача является не скорость выздоровления и возвращения в строй, а статистический случай. Пациент выжил и ушёл домой — клиника получила деньги. Человек выжил, но остался инвалидом — клиника получила деньги. Человек умер — клиника получила деньги… Как почему? Потому что умер с диагнозом. Без диагноза у нас в стране умирать нельзя. Вы когда-нибудь слышали, чтобы в документах было написано “умер от старости”, даже если, по сути, всё произошло именно так? Больница — это учреждение, которое получает деньги за какие-то манипуляции с конкретным человеком. Результат этих воздействий может быть совершенно не важным. На основании диагноза страховая компания, являющаяся посредником между государственными деньгами и больницей, решит, стоит ли за это платить. И вот тут возникает масса казусов: например, если диагноз “гипертоническая болезнь, криз первого типа” поставят старушке 80 лет, пазлы совпадут, и деньги больнице переведут. А вот если тот же диагноз у десятилетнего ребёнка, проверяющий скажет: “Граждане, такого быть не может!” И оштрафуют больницу из-за неправильно проведённого лечения. А у ребёнка — аденома надпочечника, и у него давление “шкалит” (200!), это крайнее состояние, но оно иногда может быть! Однако поскольку данные случаи “выпадают” из таблицы кодов по возрастам, врач должен будет доказать эксперту ФОМС, что он действительно спасал данного ребёнка. В противном случае — больнице не заплатят, поскольку в детстве такого быть “не может”…Логичный вопрос: почему при существующей “гонке за диагнозом” онкобольных в терминальной стадии то и дело отправляют умирать домой или в хоспис? Всё очень просто. Когда машина свой срок прошла, её на свалку отправляют. Врачи, согласно системе ФОМС, уже реализовали диагноз, за который больница получит деньги, и теперь ни юридической, ни какой-то другой ответственности за этого больного не несут. Они напишут: “Терминальная стадия, рак того-то, клиническая группа 4, наблюдение у трапевта по месту жительства”. А терапевт не спасёт человека, он в лучшем случае назначит наркотик… Миллиарды рублей выделаются на онкопомощь, но в то же время человек, которому не смогли помочь, умирает в полном забвении со стороны государства. Отработанный материал!

ФОМС командует «фас!»

— Есть хорошее правило: если хочешь запутать дело, привлеки к нему как можно больше людей. Сначала кировский филиал ОМС, если помните, занимал один-единственный кабинет. Потом этаж. Теперь — отдельно стоящее здание, где спасают человечество от хворей… У меня есть знакомый врач, который работает в частной страховой компании: она по сути — посредник посредника между государственными деньгами и потребителем. Он — проверяющий эксперт по качеству оказания медицинской помощи. Этот человек, придя в больницу, должен смотреть: ага, у пациента была гипертоническая болезнь, ему назначили современную терапию, он вылечился через два дня, вернулся к работе через три дня. Всё отлично! Или наоборот: у пациента грыжа паховая, ему сделали “пластику” кетгутом, — стоп, извините, какой кетгут, мы не в пещерном веке живём! Наказать за некачественную, опасную для здоровья услугу! Вот чем этот специалист должен заниматься. Но ему задали иное задание: с этой больницы “снимешь” 600 тысяч, с этой — миллион, с этой — два с половиной миллиона рублей. Конкретное коммерческое задание: фас! Отобрать деньги! А как? Ну, вот тут, например, запятой не хватает, тут лекарства можно было отменить и сэкономить, а вы продолжили назначение, а почему пневмонию вы дольше трёх недель лечите, не по стандартам? В своё время одна высокопоставленная чиновница от медицины, которой уже нет в нашем городе, но её имя у всех на слуху, возмущалась, почему цирроз печени не вылечили за 15 дней, как требует стандарты… Если проверяющих интересуют только правильные формулировки и стандарты, логично будет спросить: при чём здесь тогда пациенты? Вот старику 90 лет, у него аневризма брюшного отдела аорты, опасная болезнь, стукнули в живот — умрёшь на месте. По существующим стандартам это заболевание подлежит хирургическому лечению. Дедушке назначают операцию. Анестезиолог утверждает: противопоказаний нет. Дедушку  оперируют, и он умирает — тяжёлая операция, а дед стар. Но страховая компания исправно платит врачу и клинике: пациент налицо, код его заболевания — тоже…Семья подаёт иск — деда зарезали! А суд не находит состава преступления в этих действиях. Вроде бы по бумагам никаких нарушений, а по сути — деда расчленили перед смертью вместо того, чтобы дать ему дожить жизнь спокойно.Система ФОМС вынуждает относиться как к винтикам и к врачам: если с клиники, где лечилось 30 человек, “сняли” сумму после проверки, то, когда придут следующие 30, денег останется на 20. Ещё одна проверка — и денег хватит на 10 пациентов. В итоге главврачу нечем будет платить сотрудникам зарплату и не на что будет закупать лекарства. Его вызывают на ковер и грозят: “Вы что, плохой руководитель? Мы сейчас найдём вам замену!” И ни при чём тут образование, способности, опыт, стремление спасать людей…Многие считают, что наша система ОМС — точная копия американской. Это не совсем так: нам навязывают только худшее. В ряде штатов Америки если ты ходишь в спортзал, не посещаешь врача, не куришь, передаёшь данные о своём здоровье на какие-то централизованные пункты с помощью приложений к мобильным устройствам, то в следующем году цена твоей страховки снижается. Поэтому Бостон, например, — большая спортивная площадка. С учётом того, о чём я рассказал, специалистов российского ФОМС такой подход вряд ли устроит. Поднятая Михаилом Сватковским проблема нам представляется очень  важной, а самое главное — касается  каждого из нас. Поэтому будем рады услышать мнение практикующих врачей, неравнодушных пациентов  и  «официальной медицины». Пишите  на адрес редакции: г. Киров, Пятницкая, 2-а, или на e-mail: kray@kray.kirov.ru.

Записал Павел Решетников